ЭКО-структура на потребительском рынке. ЭКО-мёд.

Интересным явлением в производстве и потреблении продуктов ряда европейских стран является структура, имеющая в своём наименовании обозначение «ЭКО». Аббревиатура «ЭКО» встречается и в нашей стране. Однако она не имеет ни чего общего с европейской моделью эко-продукции. В условиях вступления Украины в ВТО интересно узнать об этой структуре побольше.
На первый взгляд солидность приставки «ЭКО» указывает на экологическую «чистоплотность» продукции, на безопасность, полезность и внушает доверие и уважение. Вместе с тем, ни для кого не секрет, что высокая урожайность агрикультур в США и Европе достигается как за счёт агротехники, так и в значительной степени за счёт химии и генной инженерии. В связи с этим вопрос, откуда там взяться «стерильным продуктам», виснет в воздухе. Что же это такое — ЭКО? Интересного эта аббревиатура скрывает много.

В обществе западноевропейской цивилизации продолжает существовать социальная иерархия подобно средневековой. Официально говорить о ней запрещено под строжайшим «табу» закона. Ясно что, в основе современной западноевропейской социальной иерархии лежат деньги. И деньги не просто большие, а огромные до «неприличности». Спрятать их за ширмой рваных джинсов на сыне финансового магната невозможно.

Что бы отгородить от богатств основную массу общества при помощи государственной идеологии и ряда социальных институтов поддерживается разделение общества на страты и группы, искусственно создаются «социальные изгороди». Под «социальной изгородью» понимается прослойка в социально-экономической нише общества со своими «правилами игры». Такая «изгородь» не защитит полностью от гнева толпы, но позволяет богатству, находясь на злате, сохранить голову в целостности и не зачахнуть с голоду. «Ограда» представляет собой узкие социальные группы с высокими доходами со своими правилами поведения на рынке. Подобный буфер имеет красивое дизайнерское решение, и сильную психологическую накачку. При умелой «рекламе» буферные группы вводят общество в заблуждение относительно истинного смысла их существования. Подавляющая масса участников такой «социальной изгороди» представления не имеет о политической подоплёке «дела». Участвуя в «дележе» брошенного финансовой олигархией «жирного куска», они неистово защищают все подходы к «добыче». Подобные примеры можно проследить и на фоне борьбы за экологию и в массе других случаев. Политический приём, когда подают «на бедность» с целью — «чем бы «дитя» не тешилось, лишь бы «булыжник» не трогало», в ходу по сей день. Не всё так уж плохо в наличии подобных общественных институтов. На определённом этапе развития обществ деятельность этих институтов может служить благом короткое или длительное время.

Структура, имеющая в своём названии сочетание «ЭКО» относится к таким «социальным изгородям». Она занимает свою социально-экономическую нишу. (С экологическим движением не путать.) Так какую же политическую подоплёку содержит «ЭКО» сегмент рынка?

Во-первых, пропаганда защиты части своих производителей с/х продукции в условиях ВТО. Во-вторых, создание иллюзии заботы государства о здоровье своих граждан. В-третьих, показать, как государство печётся об экологии. (Элемент заботы об экологии в настоящее время является весомым аргументом в политической борьбе.) В-четвёртых, поддержка внешнеполитического имиджа борца за экологию. В-пятых, отголоски большой финансовой игры с обществом под видом радения за экологию (Киотский протокол). В-шестых, создание той самой «изгороди», о которой говорилось выше. Это шло перечисление политической надстройки «ЭКО». Без необходимости существования «ЭКО» для политики, ни какого «ЭКО» не было бы и в помине.

Вся перечисленная политика на самом деле ни как не касается продуктов. ЭКО-продукты — это «чистой воды» бизнес. Который предполагает: формирование торговой сети, ориентированной на потребителей среднего класса и выше, с целью получения сверхприбыли за счёт придания товару особых качеств (реальных и мнимых) и вытеснения с рынка (недопущения на него) основной массы производителей. Таким образом, существует скрытая форма монополии. Для того чтобы монополия существовала законно, подводится правовая (регламентирующая) база. Подобная монопольная группа не влияет на сегмент рынка целиком. Она всего лишь делит и дробит общество, как производителей, так и потребителей на богатых и бедных. Таким образом, создаётся социальная изгородь, которая не даёт объединиться всем «компонентам» для большого социального взрыва. ЭКО-производителям позволено существовать только по этому. Ещё один положительный момент заключается в том, что структура ЭКО требует вложения в неё средств самими производителями, что способствует экономическому развитию при минимальном финансовом участии государства в этом проекте.

Пора взглянуть непосредственно на производство ЭКО-продукции, в частности ЭКО-мёда.

ЭКО-структура производства мёда не предполагает участие в ней как бедных производителей, так и бедных потребителей. (При насыщении рынка продукцией, производители и продавцы ищут способы выживания в конкурентной борьбе. В этом им помогает и для этого и существует целая наука маркетология или маркетинг (см. маркетинговая фальсификация мёда).) Для защиты производителей ЭКО-продукции в западных странах ведены дополнительные ветеринарные, зоотехнические, агрономические и прочие ограничения при производстве и реализации продукции с маркировкой ЭКО. Даже введено новое понятие «Органический мёд» (Organic Honey или, смотря в каком контексте перевести — «чистый», «натуральный», «естественный»).

Категорию ЭКО продуктам присваивает специальный орган экологического контроля. Под оное наименование подпадает мед, полученный на экологически чистой территории из экологически чистого сырья. Причём требования, предъявляются и к мёду, и к ведению пасеки, и к окружающей среде в равной степени. Учитывается практически всё: удалённость от населённых пунктов, промышленных объектов, шоссе, полей обрабатываемых химическими веществами, полей с ГМО культурами и пр. Эти территории, на которых располагаются пасеки, сертифицируются органами экологического контроля. В частности оговаривается, что радиус площади вокруг пасеки должен составлять не менее 3 км в ЕС и Канаде, а в Англии и США 6,4 км. Причём территория должна полностью обеспечивать пчёл нектаром, пыльцой, водой и прочим. На пасеке нельзя применять ни чего синтетического, вплоть до вощины. Поэтому целый год даётся на замену «всего и вся», в частности вощины на экологически чистейшее. Породы пчёл следует содержать самые лучшие. Запрещено резать трутневой расплод, подрезать крылья маткам, подкормка и прочая самодеятельность. Обработку пчёл проводить только натуральными препаратами из перечня, про антибиотики и речи нет. Не говоря уже про материал ульев, их покраску и т.д., и т.п. Регламентирован особый порядок при обращении с мёдом и его хранении. Понятно, что вся деятельность пчеловода дополнительно сопровождается фиксированием каждого действия, массивным документооборотом и инспекционным контролем. Содержание пасеки подобным образом выльется в «копеечку». Уже из перечисленного становится понятным каком образом складывается высокая цена экологически чистого меда.

С виду вроде бы всё идеально — налицо забота о пчёлах, качестве продукта и его безопасности для потребителя. Да, это так, но только для человека ни чего не сведущего в пчеловодстве или имеющего о нём только поверхностное представление. Я не буду перечислять и анализировать все сумасбродные пункты «забугорных» регламентов, достаточно указать на ряд явных нестыковок между желаниями контролёров и природными процессами, которые сводят «экомедовые страсти» к «филькиной грамоте»? 

Во-первых, пчёлы не поддаются дрессировке, соответственно последует, во-вторых, у них свои предпочтения в медоносах. А тут ещё и, в-третьих, указанные радиусы лёта пчёл ни как не связаны с реальной действительностью (жизнедеятельностью пчёл). 

В-четвёртых, удалённость от промышленных центров не гарантирует чистоты территории, так как выбросы вредных веществ под действием атмосферных процессов оседают далеко от них. 

В-пятых, про засилье генетически модифицированных растений на территории обеих Америк, их культивирование в Европе даже упоминать излишне. И это только начало критики. Не подумайте, что я один такой умный и заметил эти несоответствия. Хватает и замечаний западных учёных. Но это — ни кому не нужно. Система-то уже запущена и работает!

Ведя сегодняшний разговор об экологически чистой продукции, я хотел лишь обратить внимание читателя на объективную реальность. Не всё ценно, что блестит. Чем более продукт желанен, тем большую он имеет цену при неизменной стоимости. Что касается нас, то согласно ГОСТу, запрещается использовать в маркировке пищевых продуктов слова «экологически чистый». Это обусловлено простой причиной — у нас нет стандарта на подобную продукцию. Тем не менее, в розничной торговле ЭКО-названия имеют место быть. Поэтому советуем потребителю держать «глаз — намётано», «ухо — востро», а «нос — по ветру перемен»!

Реклама